Что же происходит на гусиной охоте с чучелами (о стрельбе на пролёте поговорим попозже)? Гуси, как мы знаем, заходят на чучела против ветра, и чем сильнее ветер, тем медленнее они летят. Особо надо отметить, что птицы, налетающие «на штык», планируют, практически не махая крыльями, и кажутся ближе, чем находятся на самом деле. И вот охотник видит, как ему кажется, входящих в зону стрельбы гусей, и, рассчитывая на то, что их как утку вынесет к нему инерцией, начинает открытую подготовку к выстрелу (демаскирует себя). Что же получается? Оказавшиеся на дистанции дальнего выстрела гуси, заметив охотника, ставят свои широкие, мощные (не в пример утиным) крылья под ветер, и их моментально отбрасывает на безопасное расстояние, ещё пару взмахов крыльями – и огромные птицы превращаются в точку. При групповой охоте такие вещи случаются чаще в силу нетерпеливости кого-либо из команды стрелков. Несдержанность и недисциплинированность одного оставляет без выстрела всех. Ещё и по этой причине я за индивидуальную охоту, где за ошибки каждый расплачивается сам.
Раз уж зашла речь о стрельбе, поговорим о ней. Дело в том, что все мы (охотники по перу) в той или иной степени начинали практиковаться в стрельбе по уткам. Должен заметить, что стрельба по летящим уткам – это самое простое, что может быть при стрельбе влёт. Проще только стрельба из-под собаки по коростелям и молодым петушкам из выводка, но там техника стрельбы совсем иная, и мы о ней говорить не будем. Что же происходит во время стрельбы по уткам? Замаскировавшийся охотник видит летящую на него на большой скорости птицу. Не давая ей подлететь достаточно близко, охотник встаёт из укрытия, вскидывает ружьё и целится. Несмотря на то, что утка замечает стрелка и старается уйти вверх и в сторону, её практически всегда выносит прямо на ствол, и охотник имеет возможность попасть в птицу в любом удобном для него месте. Причём это не зависит от техники стрельбы в данный момент. Можно брать любое опережение, выстрелить «на обгоне» или «навскидку». Происходит это потому, что при довольно плотном корпусе утка имеет относительно малый размах крыльев и не в силах резко изменить траекторию полёта. К тому же по глупости уходит вверх, подставляя бок и живот, а не делает так, как вальдшнеп, голубь, часто куропатка и тетеревиные, ныряя к земле, что очень усложняет поводку. Вследствие этого стрелять её достаточно просто.
В недавнюю поездку на гусей в Калмыкию двое моих друзей взяли купленные импортные скрадки. Надо сказать, что к этой затее я отнёсся с недоверием. Напоминающие муравейники сооружения слишком явно выступали на равнинном рельефе. Стрелок располагается под запахнутыми створками, а раскрывать (откидывать) их должен только непосредственно перед выстрелом. К моему удивлению, гуси совершенно не боялись этих камуфлированных палаток. Скажу больше, когда один из стрелков, уверившись в своей безопасности, заранее открыл скрадок (распахнул створки), гуси шарахнулись, не долетев сотни метров. То есть они испугались, только увидев непосредственно стрелка. Так что у кого есть финансовая возможность купить, рекомендую. Однако предупреждаю сразу – стрелять из него не очень удобно. Стрелок, который полулежит, полусидит в кресле скрадка, не имеет возможности развернуться. Отсюда стрельба руками, со всеми вытекающими последствиями. К тому же створки скрадка сделаны из сетки, что, с одной стороны, удобно для наблюдения за налетающими птицами, а с другой – любое движение охотника фиксируется ими через сетку. Так что до максимального приближения гусей охотник должен сохранять неподвижность. В шалаше, построенном из плотного (не просвечивающегося) материала, стрелок может начать подготовку к выстрелу заранее, что значительно облегчает стрельбу.
Рытьё ям-окопов актуально (в местах, где это разрешено) на зеленях, пахоте и других полностью открытых полях, где нет естественного подроста. В угодьях, где растёт трава, бурьян, редкий кустарник, осталась стерня с валками соломы и есть возможность соорудить скрадок, нужно, конечно, его использовать. Я бы рекомендовал вырыть ямку по колено, чтобы удобно было сидеть на краю, а остальную часть туловища охотника (охотников) прикрыть шалашиком из растущего вокруг материала. Но и это ещё не всё.
Сегодня, думаю, более целесообразно рыть два (можно больше, но не желательно) индивидуальных окопчика, которые и маскировать легче, и стрелку уютней. Только располагать их надо для удобства стрельбы «боевой» стороной по ветру, так как мы с вами знаем, что гуси заходят на посадку всегда против сильного ветра. При слабом ветре или в безветрие придётся смириться с неудобством стрельбы, но здесь ничего не попишешь при любом раскладе.
Переходим к скрадкам. Все прошлые годы я использовал хорошо зарекомендовавшую себя яму-окоп на двоих. Охотники сидят лицом друг к другу так, что торчит только голова, и они могут наблюдать горизонт за спиной у каждого. Обзор получается на 360º, и всегда есть время подготовиться, заранее увидев подлёт. Однако такая яма достаточно объёмна, маскировать её трудно, и гуси, летящие даже на средней высоте, распознают засаду, ещё не войдя в зону стрельбы. К тому же два охотника часто мешают друг другу при стрельбе своими несогласованными действиями.
Теперь о расстановке чучел. По классической американской схеме гусиные чучела ставятся подковой, в глубине которой устраиваются скрадки. Птицам как бы предоставляется открытое место для посадки, что очень выгодно для стрельбы с нескольких, рядом расположенных внутри подковы позиций. Но поскольку гуси в последние годы стали очень придирчиво относиться к качеству чучел и обмануть их становится всё труднее, чучела, на мой взгляд, рациональней ставить за засадой. То есть, прежде чем гуси распознают подвох, они попадают в сектор обстрела затаившихся перед имитаторами охотников. К тому же надо помнить, что американцы охотятся преимущественно на совершенно «тупую» Канадскую казарку и не очень осторожного белого гуся, поэтому к их опыту нужно относиться внимательно и критически. Серый гусь и, особенно, белолобый не в пример осторожней, а именно с ними приходится сталкиваться нашим охотникам,
Кстати, в классическом наборе чучел и профилей, продающихся в магазинах, соотношение кормящихся и сторожевых гусей один к пяти в пользу кормящихся и отдыхающих. На мой взгляд, это не совсем верно. Дело в том, что при подлёте чужаков (я это наблюдал неоднократно) практически все особи поднимают голову и, следовательно, принимают очертания так называемых сторожевых. Кроме того, птицы с поднятыми головами более заметны и выглядят естественней. Что же касается плавающих чучел, то здесь гуси с поднятой головой явно предпочтительней. К сожалению, в моей плавающей поролоновой стае фабричного производства только один гусак имеет такую естественную форму.
Помню, на охоте на острове Рюген в поле перед моей засидкой находилось два десятка таких «живых» чучел, и когда я вставал для стрельбы, то птицы настолько были увлечены разглядыванием сидящих собратьев, что никак на меня не реагировали. В Тверской области мне удалось подманить на верный выстрел довольно большую стаю всего одним «живым» чучелом. Где же взять такие приманки? Я всегда стараюсь добыть хотя бы одну или несколько птиц (разумеется, там, где охота богатая) до полного рассвета, когда недостатки искусственных приманок скрыты сумерками. Как правило, достаётся «разведке». На вопрос, надо ли стрелять по ней, я всегда отвечаю однозначно – обязательно, и желательно положить её всю (двум прилично стреляющим охотникам забрать две-четыре передовые птицы вполне по силам). Во время охоты на кормовых полях гусиная разведка никак не влияет на результат охоты. Гуси обычно сидят на воде очень далеко от кормёжки и не видят, что происходит с головными птицами. Напротив, при охоте на перелётах, около воды, следует воздержаться от стрельбы передовых стай. Гуси видят обстрел авангарда и обязательно сменят трассу пролёта.
Мой приятель – знаменитый английский охотник Филип Торрольд, во время охоты на голубей, очень тщательно сажая на рогульки тушки ранее добытых птиц, довольно пренебрежительно махнул в сторону полусотни пластиковых чучел. Мол, это всё чепуха по сравнению с «живыми» приманками. На гусиной охоте это не менее актуально.
В идеале, конечно, лучше всего использовать «живые» чучела, то есть тушки добытых гусей. Убитому гусю поджимают лапы и крылья так, чтобы поза была естественной, а под голову ставят вырезанную тут же или заготовленную заранее рогульку. Можно втыкать клюв птицы в землю, но лучше, если голова будет поднята.
Что касается качества обманок, то ушли в прошлое времена, когда можно было завернуть летящий табунок всего двумя десятками кое-как раскрашенных профилей. Требования к качеству чучел сегодня очень высоки. В сумерках могут сработать и профили, и «скорлупки», но с наступлением полного рассвета действенна только очень тщательно выполненная приманка. И хотя считается, что чем больше чучел гусей стоит на поле, тем лучше, всё же, думаю, предпочтительно отказаться от халтурных поделок и оставить лишь однотонно раскрашенные добротные чучела. Один блестящий на солнце профиль или покосившееся чучело могут загубить всю работу хорошо подобранной стаи.
При появлении гусиной стаи в пределах видимости манить нужно громко всем участникам охоты, но как только гуси среагировали на манок и чучела, надо прекратить форсировать звук. При приближении косяка манить должен только один охотник, да и то тихо и редко. По одиночному гусю (по моим наблюдениям) вообще должен работать лишь один манщик.
То же можно сказать и по поводу электронных манков. За редким исключением гуси шарахаются от гомона «электронной стаи», и наша команда, к примеру, перешла на пусть дорогие, но очень эффективные механические (духовые) американские манки. В Америке, как известно, проводятся даже чемпионаты мира по манке гусей, и манки, выпускаемые одним из чемпионов, Шоном Менном, совсем не плохи. К тому же готовятся изменения в законе, где будет запрещён электронный манок, и лучше уже сейчас учиться работать в духовой. Это, кстати, более спортивно и благородно.
Другой момент. Оторвавшиеся от основной стаи табунки иногда совершали облёты, но наших скрадков, замаскированных традиционным способом (как в прошлые годы), они явно боялись. На следующий день не помогли и применяемые для маскировки шары перекати-поля. Гуси явно сторонились не только скрадков и ям, но и мест, где они потенциально могли располагаться. Лишь срезанный в отдалении дёрн, закрывший брустверы ям, в сумерках дал несколько шансов на выстрел. А ведь всего несколько лет назад потенциально опасные места гусей не смущали. В этом году вопрос был решён кардинально и эффективно. Были закуплены пласты канадской искусственной зелёной травы, и маскировка с её помощью выдержала самую строгую проверку. Ничего не поделаешь – гусь умнеет.
Единственная радость, что с близкого расстояния можно было наблюдать в бинокль за поведением кормящихся птиц. И вот что удалось подглядеть. Во-первых, неожиданно выяснилось, что при подлёте свежих табунков основная кормящаяся стая молчит!? То есть подлетающая группа запрашивает разрешение на посадку, а сидящие это молча игнорируют. Лишь иногда, если в подошедшей стае более десятка голов, в воздух поднимаются несколько птиц и садятся вместе с вновь прибывшими. А как же тогда манки, в эффективности которых никакого сомнения нет? Или так ведёт себя только огромная стая? Ответа на этот вопрос я не получил.
Судите сами. Отследив огромное скопление кормящегося на зеленях гуся, мы по всем правилам охотничьего искусства вырыли скрадки, расставили более полусотни полнокорпусных чучел и абсолютно уверенные в успехе завтрашней охоты отправились спать. Наутро, заняв ямы-скрадки, приготовились к прилёту классической разведки и эпизодического подлёта небольших табунков, стаек, пар и одиночек. Вместо этого, после почти полного рассвета, заявилась сразу тысячная армада и, сделав пару облётов, не обращая внимания на нашу относительно жалкую стайку имитаторов, спокойно уселась в двухстах метрах от засады. Естественно, весь следующий подлёт она «впитывала» в себя.
Прежде всего замечу, что охота на гусей в разных районах и областях сильно отличается, и, казалось бы, предсказуемый выход птицы на кормовые поля частенько ставит охотников в тупик. Например, проохотившись несколько лет в Германии и Центральных областях, я был уверен, что знаю об охоте из засидок с чучелами на кормовых полях всё. Однако первый же выезд в Калмыкию показал, что я слишком самонадеян.
Сегодня, думаю, уже нет среди охотников-гусятников тех, кто не знает о технике охоты с профилями, чучелами и манками. Однако существует множество нюансов этой охоты, стрельбы и изменений в поведении самого гуся в связи с усилившимся на него охотничьим прессом. Своими наблюдениями и заметками, сделанными в последние годы, я и поделюсь.
Новое в охоте на гуся
Комментариев нет:
Отправить комментарий